«Более сорока шлягеров 30-х - 60-х годов, исполняемые актерами театра: "Наши родители принесли эти песни за столы праздников и поминок с фронта, из лагерей, с тяжелых пластмассовых пластинок, из скверов городской окраины, чтобы исполнить перед любимыми и ненавидимыми соседями. Все как всегда в России - до слез, до выворачивания души наизнанку... «Это наши песни. Песни нашего поколения, песни нашей молодости. И совсем не важно, какой она была, потому что она была замечательной…»М. Розовский

«По ком звонит колокол» — роман Эрнеста Хемингуэя, вышедший в 1940 году. Это один из лучших романов ХХ века, регулярно включаемый в списки самых важных книг прошлого столетия. Он показал, какой на самом деле бывает война — грязной, кровавой, бесчеловечной. Но еще в этом романе говорится и о любви, о мужестве, о самопожертвовании, о нравственном выборе и о ценности каждой человеческой жизни как части единого целого. Ибо живые и мёртвые на войне оказываются в этаком поэтическом единении.«Не спрашивай, по ком звонит колокол. Он звонит по тебе». Эта фраза, по мнению автора пьесы и режиссера-постановщика спектакля Марка Розовского, означает призыв выйти на баррикаду и пожертвовать собственной жизнью ради великой демократической идеи перед лицом фашизма.

Спектакль «Парафраз - шведская семья» по пьесе Марка Розовского - своего рода размышление на тему семейных ценностей и этапах отношений в паре. Театр «У Никитских ворот» предлагает современный взгляд на любовь и ненависть, ревность и измену, семью и одиночество.Вот что говорит режиссер Сергей Уусталу о своей работе: "Парафраз – нередкий литературный жанр. В данном случае Марк Розовский предложил нам свою драматургическую версию одного знаменитого кинематографического произведения, и нам захотелось найти для неё чисто театральное выражение. «Игры, в которые играют люди… Люди, которые играют в игры…» Эти слова можно поставить в эпиграф нашей работы. А ее смысл в том, что любая семейная драма одновременно трагикомична и человечна. Искусство зовет к сохранению любви и семьи, но в жизни, к сожалению, это не всегда удается".

Марк Розовский: «- Музыка Максима Дунаевского прелестна, стихи Юрия Ряшенцева прекрасны, - отсюда наше общее понимание чеховской прозы в рассказе «Душечка», который представляется мне, и не только мне, шедевром русской литературы.Но сцена требует не только чтения, но и прочтения, превращающего рассказ в театральное зрелище, в игру, в некую версию, принадлежащую другому виду искусства. Жанр «русского мюзикла» с его ставкой на психологизм (не только на развлекательность!), на человечность и сострадание – может помочь нам распознать главные и тайные авторские смыслы первоисточника. Чехов ни в коем разе НЕ РАЗОБЛАЧАЕТ «душечку». Он всего лишь старается понять этот удивительный характер. Поставить диагноз искреннему, чисто женскому поведению. Конечно, он с юмором и грустью рассказывает нам частную историю. Как, впрочем, и всегда. Но так же как всегда, он силой своего таланта заставляет нас, сегодняшних, вдруг подумать о том, что все женщины мира, без преувеличения – при всей разности их судеб и характеров, во все времена и во всех странах – немножечко «душечки». Да, да, все до одной!Не верите?Посмотрите наш спектакль!»

В основе пьесы лежат несколько ошеломляющих фактов, некоторые из них связывают самого автора, Марка Розовского, с этой загадочной личностью, прошедшей путь от послушной дочери учителя хедера до фанатичной революционерки, вошедшей в мировую историю.Спектакль - попытка приподнять завесу над тайной, даже в наши дни окружающей Фанни Каплан, казнь которой положила начало большому «красному террору». Действие разворачивается в Москве 1918 года в подвале Кремлевского дворца, превращенном в застенок. На сцене – три персонажа: полуслепая, измученная, но несломленная Фанни, Чекист, ведущий следствие, и комендант Кремля Мальков, который приведет приговор в исполнение.

Марк Розовский: «- «Был ли Чехов женоненавистником»?..Расхожее мнение - был!.. Но как всякое расхожее мнение, оно страдает этакой желтизной, сплетничеством, нежеланием или неумением внедряться в глубины внутреннего мира великого писателя, сопоставлять факты его личной жизни с художественными образами и сюжетами его произведений.Блестящий чеховский рассказ «Попрыгунья» тому яркий пример.Суть в том, что главная героиня вобрала в себя отражения многих чеховских автобиографических элементов взаимоотношений Автора с модным богемным салоном Кувшинниковой, художником Левитаном, актрисой Яворской («Чарудаттой») и даже с Ликой Мизиновой, закрутившей на глазах Антона Павловича роман с Игнатием Потапенко – другом Чехова, писателем средней руки, несравнимым по таланту с нашим автором… Кстати, Чехов называл Потапенко «всесторонним негодяем». Основания к тому были: Лика забеременела от бывшего друга Игнатия и родила ему дочку по имени Христина, которая вскорости умерла от крупозного воспаления легких. Конечно, судьба Лики прорежется и в «Чайке», но и «Попрыгунья» полна косвенных ассоциаций и с Яворской, и с Мизиновой.Можно вспомнить и других чеховских женщин – Елену Шаврову – начинающую беллетристку, искавшую с Чеховым плотоядной близости. Или Ольгу Кундасову – полусумасшедшую даму, которой он с Сувориным помогал деньгами, а она в ответ называла Чехова «патентованным Дон-Жуанишкой».Чехов увиливал от подобных «попрыгуний». Его выбор - не ненавидеть женщин, а принимать их такими, какими они есть.«Попрыгунья» - это прежде всего ИСТОРИЯ ИЗМЕНЫ. То бишь история женщины, прозевавшей свою любовь к великому человеку, который, любя, был с ней рядом – доктору Дымову.А ведь Дымов по всем признакам может считаться alter ego самого автора – доктора А.П.Чехова!В заключение добавлю: музыка нашей «Попрыгуньи» - это мелодии знаменитых русских романсов, по моей просьбе Юрий Ряшенцев написал для них новые стихи, сохранив так называемые узнаваемые «шлягворты». Эти искусные стилизации легли в основу вокально-танцевальных решений для нашего «русского мюзикла».

Пьеса «Красный уголок» была написана Марком Розовским в период перестройки и шла на сценах сорока театров России. Основной смысл повествования - женское одиночество, с которым сталкиваются героини вне зависимости от социального статуса. Пьеса состоит из яркого диалога воспитательницы заводского общежития и рабочей прессовочного цеха. Разговор превращается в поединок между двумя героинями, за котором стоит трогательная и беспощадная картина окружающей действительности. В реалиях века информационных технологий, каждый из нас не раз оказывался на месте персонажей пьесы, когда требовалось взаимопонимание у окружающих. История, рассказанная в спектакле, предлагает проанализировать фрагмент собственной жизни, в котором каждый из нас оказывался в исповедальном метафорическом «Красном уголке».